Ғәйепле кеше кеүек, бығаса башын эйеп ултыр ған атайың һүҙгә ҡушылды: — Иҫән-Һау саҡта ташламабыҙ, балдыҙ .
Отец твой, сидевший до того молча, виновато опустив голову, сказал: — Живы-здоровы будем, свояченица , тебя не бросим.
һин мине беләһең, балдыҙ .
Ты меня, свояченица , знаешь.